Кстати, еще раз о римских фонтанах. Есть в городе громадные беломраморные фонтаны-дворцы, фонтаны-монументы вроде знаменитого фонтана Треви, куда перед отъездом из Рима бросают монетку, или фонтана «четырех рек» Бернини на площади Навона. Есть фонтаны-курьезы вроде фонтана «Баркачча» в виде мраморной лодки на площади Испании или сказочного тритона на площади Дель-Тритоне.
А римские обелиски? От 40-метровой колонны Траяна с барельефами из 2500 фигур до древнеегипетских обелисков, привезенных легионерами в период африканских походов. А римские церкви и соборы? Многие из них ничем не уступают музеям. В них можно увидеть скульптуры Микеланджело, картины Рафаэля. Необычен даже звон римских колоколов. Жители города утверждают, что колокола «разговаривают» между собой. Большой колокол собора Санта Мария Маджоре звучно объявляет: «Авемо фатто ли фачоли, авемо фатто ли фачоли!» (Мы сварили фасоль, сварили фасоль!) «Кон ке? Кон ке?» (С чем сварили? С чем сварили?)—торопливо спрашивают колокола собора Сан Джованни ин Латерано. «С лучком! С лучком!» (Кон ле кодикелле! Кон ле кодикелле!) — звенят колокола церкви Санта Кроче ин Джерусалемме. То, что этот звон — настоящая музыка, доказал еще Пуччини, использовав его в прелюдии к третьему акту оперы «Тоска».
Можно без конца перечислять все те удивительные вещи, которыми полон Рим. Постепенно впечатления, наслаиваясь одно на другое, создают в душе то чувство восторга и преклонения перед этим необыкновенным городом, которое и называют «чувством Рима».
Но тогда почему же почти каждый при первом знакомстве с итальянской столицей испытывает разочарование? Мне тоже Рим поначалу не понравился, но я относил это за счет субъективных впечатлений, связанных с трудностями устройства на новом месте, дурной погодой и т. п. «Надо время,—пишет уже упоминавшийся Муратов,—чтобы испытать чувство Рима...»