Старинные римские площади—островки какой-то особой жизни, одно из чудес «вечного города». Я любил приходить на площадь Испании весной, когда местные жители выносят из домов кадки с распустившимися азалиями и ставят их на ступеньки лестницы. Все вокруг словно купается в красно-розовой пене миллиардов свежих лепестков.
На этой лестнице из белого травертина, занимающей чуть ли не половину площади, идет своя, особая жизнь. Греются на ступеньках туристы, подставив горячему весеннему солнцу бледные лица, дремлют возле мольбертов уличные художники, раскладывают на одеялах свой нехитрый товар— проволочные браслеты, дешевые кольца, бусы из стеклышек, плетеные ремешки для часов — мелкие торговцы. Тихо плещется вода в мраморном фонтане-лодке, созданном фантазией Бернини, а со стороны церкви Тринита дей монти на вершине холма плывет колокольный звон—там замаливают свои и чужие грехи монахини из французского ордена Пресвятого сердца Иисуса...
Об этой романтической площади снимают фильмы («Девушки с площади Испании»), на ее лестнице объясняются в любви, а поэты сочиняют о ней стихи. Римский поэт Франческо Поссенти писал о ней:
Приди сюда весной, под вечер... Чу! Перезвон волшебный с холма стекает, В душе таинственно рождая Спокойствие и мир.